December 14th, 2006

Черти (1)

Существует одна разновидность фольклора, до которой рано или поздно доходит очередь и у туристских костров, и в молодецких застольях, и на студенческих пирушках, и в прорабских теплушках. Тема эта стара (и есть люди, которые утверждают, что она старше самого человечества), и уже прочно завоевала свои позиции в беллетристике и даже в художественной литературе.
Я говорю о монстрах, которых видят люди в состоянии тяжелого похмелья, в периоды длительных запоев, при длительном переутомлении и просто в тяжелом сне.
Мелких этих бытовых монстров (отдавая дань русскому языку, буду звать их впредь попросту чертями) описывали Николай Гоголь и Чарльз Диккенс, Джонатан Свифт и Ален Лесаж, Эдгар По и Эжен Сю. Мелкий бес решил много житейских, сюжетных и даже стилистических проблем, то, открывая какие-нибудь потаенные уголки жизни, то подбрасывая письмо тому, кому оно не предназначалось, то, просто, путая следы и приводя героя к месту действия.
Но речь пойдет не о бесах «от литературы» и, тем более, не о демонах из фэнтэзийной беллетристики, коим нет счета. Я хочу рассказать об обычных таких, сермяжных, как сказал бы Великий комбинатор, посконно-суконно домотканных кондовых чертях.
Путешествуя по миру, останавливаясь на квадратах «московских кухонь», в гостиницах, на рыбацких станах, охотничьих базах, ожидая вертолета в далеких северных поселках и просто «проезжая за казенной надобностью городом N.», как говаривали в старину, я встречал людей. Много людей. Люди это были очень разные - геологи и танкисты, моряки и чиновники, бухгалтеры и милиционеры, бичи и моряки. Большая часть из них была словоохотлива. И время от времени разговор съезжал, что называется «на чертей». Тема эта довольно двусмысленная, но… Никому не рассказывают так много всего, как случайному проезжему. Особенно, если тот опрятно одет и внимательно молчалив.
Впервые я встретил человека, увидевшего черта, еще школьником. Человек этот сидел у себя в заплеванной однокомнатной квартире и кидал окурки, огрызки хлеба, бутылочные пробки под телевизор, который стоял на высоких ножках. Время от времени человек приговаривал: «Сиди на месте, скотина, паркет мне когтями не карябай». Черт, судя по всему, мужика слушался, но не очень.
Впоследствии мне довелось видеть очень много людей, видевших всяких тварей. Были еще другие, которые спасали граждан от привидевшейся им нечисти. А также встречался я с людьми, разбиравшимися с этими монстрами, что называется, профессионально - психиатрами, священниками, адептами эзотерических культов. На основании этого общения я и решил создать некую бытовую «Демонологию», естественно, с северным уклоном.

Люди и черти.

Черти, которые живут с людьми.

Люди с чертями обращаются по-разному. Это зависит, в общем-то, от интенсивности опыта, уровня общения, темперамента человека. Есть люди, воспринимающие чертей как бытовую деталь, элемент жизни, так сказать. Обращаются они с ними без особой опаски, иногда едят одной ложкой из одной тарелки, посылают их с различными поручениями. Причем кое-кто утверждает, что черти эти поручения выполняют - так, один промысловик клялся, что черт принес ему бутылку водки на Коркодон из Сеймчана - то есть за четыреста километров. Промысловик этот сперва гнал самогон, потом перешел на бражку, а когда бражка закончилась, тут и появился Он. «Маленький, такой, серенький, как горностай, и воняет так же. Вежливенький такой, чисто по-интеллигентному разговаривает. Садится на край стола и спрашивает - борща не хотишь ли? Я думаю - мне борща приготовить - это все равно, что самому помереть. Нет, говорю, не хочу. А что желаете, спрашивает? Ну, я ему прямо так и говорю - водки «Кубака» Сейчас, говорит, принесу. Я снова заснул, глаза открываю - стоит! Прямо так на столе и стоит! Выпил, проспался, потом начал капканы разбирать».
Спрашиваю: - спасибо-то хоть сказал?
- Еще бы - конечно. Только я его больше не видел.
- А страшно было?
- Сперва - не… А вот проспался - все думаю - это ж не сон! Водка откуда-то была? У меня ж с собой такой не было, точно, я одну «Русскую» набрал! Конечно, страшно. Но по-человечески - спасибо ему! Выручил!
Есть люди, которые чертей не любят, гоняют, устраивают даже бои с их участием. Другой промысловик, на Ямале, после традиционного запоя по окончанию заброски, повел себя так…
«Просыпается Иван, глаза бешеные, дает мне пустую горсть. Вот, возьми, говорит, червонец, сходи в магазин за пузырем. Да ты что, говорю, бредишь, нет здесь, ни магазина, ни пузыря, одни елки кругом. А он настойчиво так - сходи да сходи… Ну, я вроде как деньги взял, за порог вышел, пустую бутылку нашел, ему даю - купил, дескать! Он ее - хвать, кружку берет, наливает будто бы, потом пьет - и на глазах косеет! Потом пригляделся к бутылке, которую я принес - ух ты, говорит, сколько их туда набилось! Погляди, жирные все, с вилами! Давай пробку скорее!
Дал я ему пробку, и думаю - может, они на самом деле здесь сидят, только я их не вижу? Заткнул он, значит, эту бутылку пустую, и радуется. Вон они, говорит, дерутся! Я за вот этого, сизого, буду болеть! Ну, давай, давай, ткни его сильнее!
Дрались они у него там, дрались часа два где-то, я уже сам уснуть хотел, не могу - так он орет, болеет за сизого. Они там и за волосы друг друга таскали, и ногой лягались, и вилами тыкались, и ручками по зубам… Наконец сизый всех одолел. И Ванька вырубился. Проснулся через день - ничего не помнит… я помню, а он - ни в какую, - клепаешь, говорит, на меня, самому все приснилось…»
Словом, как в том анекдоте - «опять ты, батя, напился - лежишь, и по тебе черти бегают».

to be continued

Черти (2) Мухляй.

Большинству же народа присутствие черта в принципе неприятно. Они стараются избавиться от него всеми возможными способами.
Как-то раз мы сплавлялись по Анадырю и приплыли на затерянную перевалбазу. На перевалбазе повстречал нас мужик, был он дик, вонюч, однако, трезв с виду. Пригласил он нас в дом, попили мы чаю со свежими оладьями («как чувствовал - вот-вот люди появятся»), и тут он говорит:
- Хорошо, парни, что вы приехали, а то мне одному никак не справиться. Мухляй одолел, проклятый, на мешках каждый вечер сидит и пузо чешет. Я его и так, и эдак, топором попасть стараюсь, а он быстрый, собака, изворачивается! Да вот он и сейчас вылез, на свежих людей посмотреть!
Мы оторопело повернулись к углу. Там лежала груда мешковины, какие-то палки, грязная эмалированная кружка и оселок для косы. Никакого «мухляя» там и в помине не было. Темные закопченые бревна, правда, были в свежих желтых ссадинах. Вот оно «…топором стараюсь попасть»!
Мой тогдашний начальник, Владимир Аксенов, прежде чем уйти в науку, пять лет работал в поселке связистов в заливе Шельтинга. Виды он там видал - любые. И тут он не растерялся.
- Ты, Сергей, иди, с Михаилом, лодку перегрузи. - А я тут с мухляем разберусь. Меня в институте учили как их заговаривать. Топором тут не поможет махать, наука нужна!
Мужик зыркнул, непонимаючи. - Какая такая наука? Счас мы его - вы за руки, а я - инструментом! - и вытащил из под стола «инструмент» для рубки стланика - с метровой рукояткой.
- Не, не, не, - успокоил его Володя, - ты, видно, недавно с ним познакомился, а нас профессор Панов с ними работать учил. Изведу начисто, мне только здесь посторонних не надо!
- Ну, если профессор… и Сергей вышел со мной заниматься делами. Правда, весь тот час, который он был на улице, время от времени спрашивал: - ну, точно он мухляя заговорит?
- Точно, точно, - успокаивал я его, - большой Вова специалист по мухляям, знающий. Как у кого мухляй появится, мы сразу к нему.
- И выводит?
- Начисто! Разу не было, чтоб мухляй обратно вернулся!
Возвращаемся в дом. Сергей изумленно вставился в угол, где лежала все та же мешковина, все те же палки и все та же эмалированная кружка. Но по его вполне довольному взгляду я понял, что мухляя там уже не было.
- Здорово, - с облегчением сказал он, - больше не появится?
- Нет, нет, поспешно сказал Володя, - к тебе - больше ни-ни. Других пошел искать.
- Других - пусть ищет, - миролюбиво сказал Сергей, - а у меня чтоб дома таких - как ты говоришь - ни-ни!
Тут я понял, что изменилось в избе. Оладий на столе за этот час почти не стало, да и чай, судя по всему, заваривался дважды.
- Ну, мужики, ну, молодцы! - Владимир, в глазах Сергея, вырос, очевидно, до небес, - так вы не стесняйтесь, живите, как хотите, сколько хотите. Места у меня много!
- Нет, сказал начальник Володя страдальческим голосом, - люди мы государевы, прямо сейчас дальше поплывем…
- Не переночуете даж…
- Ни-ни!