December 22nd, 2006

Жёсткая посадка. Продолжение.

- Итак, насколько я понимаю, вы знаете, где лежит самолёт времён Второй Мировой войны, имеющий большую рыночную стоимость, - начал Ух совершенно официальным голосом командира эскадрильи, которым он, собственно говоря и являлся.
- Немного не так, - хмыкнул Серж. – Мы обладаем информацией, которая может помочь его найти.
Ухонин смотрел на нас с нескрываемым весельем.
- А что вы знаете о Севере, благородный дон? – благодушно спросил он голосом дона Рэбы. Неожиданно он развернулся в вертящемся кресле и ткнул пальцем в здание на другой стороне площади.
- Сколько метров до угла этой шестнадцатиэтажки, - резко спросил он.
- Да сколько… - смутился Серж. – Километр… Полтора…
Ух казался полностью удовлетворённым.
- До угла той «свечки» - там, где вывеска магазина – триста пятьдесят метров. Треть километра, если точнее сказать. – он вынул из ящика стола черный предмет с двумя объективами, похожий на недоделанный бинокль.
- Это немецкий дальномер «Лейка», - пояснил он. – Километр будет до того дальнего крана, - он ткнул пальцем в башенный немецкий кран на краю горизонта. Можешь проверить.
- На хрена мне проверять-то? Прикинь! – изумился Серёга.
- С какой точностью в километрах ты знаешь, где лежит аэроплан? – хмыкнул Ух.
- Нууу… Я даже вопросом таким не задавался… - промямлил Серж.
- Понятно. Теперь слушай сюда. И смотри. – он снова развернулся и ткнул пальцем в противоположную от окна стену офиса, сплошь увешанную дипломами и свидетельствами на самых разных языках – от английского до арабского.
- Я поднял в воздух тридцать один самолёт, - сказал Ух голосом профессионального обвинителя на Нюрнбергском процессе. – В среднем на каждый самолёт я потратил девяносто дней рабочего времени. Только на то, чтобы восстановить его до лётного состояния. Из них сорок дней уходило на подбор документации. Дней двадцать – на составление реестра недостающих запчастей. Дней двадцать – на их изготовление по всему миру. И десять дней – на собственно ремонт. Компьютерщик, сколько будет дважды два – знаешь? Сколько в этом расписании у меня осталось на поиски самолёта?
- Ни одного. Конкретно, - мрачно сказал Серж.
- Абсолютно правильно, - так же мрачно продолжил Ух. – Потому что я всегда знал, где их искать с точностью до ста метров. А ты говоришь о самолёте, лежащем в месте, где ты никогда не бывал, со слов человека, не владеющего картой, и хочешь сделать на этом деньги! Я тебе не скажу, что так не бывает – так говорят слишком многие. Когда я делал свою «Аэрокобра Лтд», мне тоже говорили, что так не бывает. Ты просто имей в виду, что когда ты говоришь – «радиус двадцать пять километров» ты имеешь в виду круг по пятьдесят раз как до того крана, на котором помещается чёртова уйма деревьев, кустов, речек и самых настоящих гор. А теперь ты скажи мне, сколько в сумме ты сегодня прошёл метров пешком по асфальту?
В этот момент Серёга надулся, и я даже решил, будто он обиделся. Однако, было не так.
- Ух, прикинь, я и так всё знаю, - выпустил он. – Но давай поглядим на всё с другой стороны. – В этот момент Сергей ловко щёлкнул мышью и вызвал сайт Aircombat.com.
- Так вот, орлы, - хмыкнул Ух, - когда мы собирались встретиться, я хотел предложить вам за точку падения вполне определённую сумму – пять штук баксов.
- Пять тысяч! За место, где лежит восемь лимонов!
- За место, где вы ДУМАЕТЕ, лежит восемь лимонов. Почувствуйте разницу. Сайт – это не контракт, бизнесмены хреновы. Кто угодно может написать на компьютере что угодно и пустить в эту бездонную Всемирную сеть. Но! На моей памяти, ни один, самый редкий ероплан, не стоил «всухую», на территории бывшего СССР больше полутора миллионов.
- Так вот, ребята, - тем же прокурорским голосом продолжил Ух, - выслушав вас тщательно, я про себя решил – ни цента я вам не предложу. На таких условиях не продаётся НИЧЕГО. Но байку вашу я послушаю..

Историю Ух выслушал, вопреки ожиданиям, очень заинтересованно, и не перебив ни разу. Дослушав, облегчённо сказал
- Ну, как я и ожидал – найти его нереально. Можно пять лет убить на поиски. Между Орхояном и Хохотском, говорите? Там триста километров такой местности, будто чёрт её месил. А мил-друг, сиз-голубь, этот инженер ваш ничего не путает? В тех краях я про упавшие аэропланы даже не слыхал. Вот севернее – да, возле полуострова Лисянского ТБ-3 лежал… И ещё один, в верховьях Ини…
- Да, лежали, - сказал Серж. Только, прикинь, их обоих уже подняли и увезли. Один сейчас летает в Орегоне, второй в Украине.
- Вот видишь, - удовлетворённо сказал Ух, - ты даже знаешь, кто их поднял и когда.
- Я знаю даже сколько конкретно потратили на поиски и вывоз, - самодовольно заметил Серёга. Всё до бакса.
- Ну, всё ты знать не можешь. Потому что есть суммы, о которых никто никому ничего не скажет. В частности, сколько получили Госаэроконтроль и таможня. А кто был командиром вертолёта, который осуществлял вывоз?
Сергей сказал.
- Да, - Игорь задумался. – Крепко вы влипли, парни. Стало быть, даже в изучении ситуации вы неплохие деньги вложили. Тысяч пять баксов, точно? В общем, ладно, - он поднялся со стула изящным движением гимнаста. – Может вы правы – только деньги делают деньги. Глухо всё это, по-моему, но тем не менее… Держите меня в курсе!
И он поднялся, показывая, что аудиенция закончилась.
- Сергей, - наверное, я выглядел несколько ошарашено. – Ты правда уже потратил пять штук на эти дурацкие поиски?
- Шесть с половиной. Прикинь? - мрачно ответил он, поглядев на меня прозрачными, чуть слезящимися серыми глазами. – У меня уже обратного пути нет.
- Конкретно – у нас, - хмыкнул я, и начал спускаться по лестнице.

Итак, заканчивается 2006 год…

Самое время немного оглядеться под наше католическое рождество.
Меня часто спрашивают – «Ваше католичество – это что – фронда, или некий традиционализм?»
Элемент фронды – наверное, да. Признаться, меня сильно раздражает ортодоксальная русская церковь, особенно в ее нынешней, посткоммунистической инкарнации.
Кроме того, в католичестве, каюсь, нравится мне грандиозность обрядов, латынь службы, идея Царства Божия на Земле, масштабность замыслов, и их реализация… Один Парагвай чего стоил…
Да и российские католики составляют весьма приличную компанию – Чаадаев с Луниным…
Ну да ладно. Я не о католичестве.
А о том, что конец года.
Итак, сделано…

Написано и опубликовано двадцать статей – в основном, об охоте и путешествиях. П

Попытался освоить два новых журнала – «Охота по всему свету» и «Сафари-Украина». Попытку можно назвать условно удавшейся.
В первом случае удерживает редкость выхода в свет. Во втором – да, общем, то же самое. А в «Охоте и рыблке:21 век» платят удручающе мало. Ну, всё лучше, чем толстый литературный журнал «Дальний Восток», откуда добрый Юра Шмаков меня теребит время от времени – когда заберешь гонорары, дескать? Я ему на это скромно так отвечаю – когда их наберется столько, что можно будет съездить из Вл-ка в Хабаровск и обратно хотя б в купе.
Хотя хотелось бы составить сборник «северных рассказов» а-ля «Естественная история». Но их должно быть не менее 8 на книжку. В наличии всего пять.

Доделал «Книгу Путешественника или Дзэн-туризм». Кому как, мне очень нравится. Возможно, ничего лучше в жизни не напишу. И полезнее тоже.
Книга печатается, выйдет в начале года.

Написал первый роман фикшн-экшн. Об издании в принципе договорился, но есть непонятки.

Начал движение в сторону трофейной охоты на амурского тигра. В принципе, это шаг в направлении предложения собственной природоохранной стратегии на Дальнем Востоке. Шаг хороший, тема поддерживается зелёными мудаками весьма активно. Спасибо вам, зелёные мудаки!

Была замечательная поездка в Москву (спасибо издательству), но она могла бы быть более продуктивной. Надо было сходить в «МастерРужье», они на электронные пысьма не отвечают в принципе.
Были хорошие посиделки в московском кабаке под флагом Guns.ru. С народом пообщался лично, приятно.
Познакомился помимо всего прочего с Геной Латвийским Стрелком, БоббиS и Сгиней. А также Бонифатичем, GFO и ещё очень много с кем.
Спасибо, ребята, что вы есть – очень приятно!

С охотой не очень ладилось. Проработал четыре тура в Магадане. Туры шли сложно, тупо НЕ ВЕЗЛО, бывает. Первый раз за 25 лет очень вплотную повстречался с костлявой. Ещё чуть-чуть бы, и могло… Да ладно, что там об этом….
Сделал необходимые выводы, частично суеверного свойства – не везёт в этом году. Непруха на outdoor приключения. Отказался от охоты на лосей осенью.
Видимо, правильно сделал. Летом погиб проводник Олег на сплаве по Омулевке, неизвестные спалили базу в Магаданском заповеднике. Когда что-то происходит не так, лучше потихнуть… Так что год, можно сказать, прошел хорошо. Жив остался – и то слава Богу….

Вот. Переходим к тому, что сделать хотел, но не сделал.
Хотел дописать рассказики. Лады, оставим до следующего года.
Начал книгу о тигре и леопарде. Хотелось бы сдать драфт в феврале, но посмотрим, как это будет.
Надо попробовать снова реанимировать проект по съёмкам дикой природы. Во время поездки в Москву надо встречаться с продюсерами. То есть, подготовить толковый business-plan.
Тем более, есть нечто очень важное для его реализации.
Закончить второй фикшн-экшн.
А дальше – война план покажет…