October 30th, 2014

Наум Коржавин. Сочась сквозь тучи, льется дождь осенний.

Сочась сквозь тучи, льется дождь осенний.
Мне надо встать, чтобы дожить свой век,
И рвать туман тяжелых настроений
И прорываться к чистой синеве.
Я жить хочу. Движенья и отваги.
Смой, частый дождь, весь сор с души моей,
Пусть, как дорога, стелется бумага,—
Далекий путь к сердцам моих друзей.
Жить! Слышать рельсов, радостные стоны,
Стоять в проходе час, не проходя...
Молчать и думать...
И в окне вагона
Пить привкус гари
в капельках дождя.

Лесная библиотека.

Одиссея князя Гантимура.

Князь Гантимур.jpg

Из "Сибирской книги".

Князец Гантимур, выступивший виде Елены Троянской в процессе столкновения между Московским царством и Циньским Китаем приходился неким родственником манчжурскому императорскому дому. Но предпочитал он при этом просторы родного Забайкалья, кочуя там со своим родом. По переписям и скаскам род Гантимура проходит как «тунгусский», хотя, по изысканиям А.В.Соломина его предки получаются монголоязычными.

Как бы то ни было, Гантимур жил где-то на Нерчи и при встрече с русскими выказал себя чрезвычайно благожелательно настроенным к России. Однако, эта крайняя благожелательность длилась недолго – притязания русских и необходимость выплаты ясака наскучили Гантимуру, он решил, что земли в Сибири много и откочевал на Аргунь. На Аргуни и на Амуре гантимуровцы повстречались с Хабаровым, который в принципе не разбирал между аборигенами кто свои и кто чужие. Поэтому Гантимур сжёг построенный Бекетовым брошенный Нерчинский острог и укочевал в Китай, где, судя по всему, пристал к какой-то власти и даже получил чин цзолиня, а также годовое жалование - 9 пудов серебра и 4 коробки золота.

Collapse )

"Русский охотничий журнал". №11, 2014. Культура охоты.

обл

То, что вся человеческая цивилизация, в конечном итоге выросла из охоты – не подлежит никакому сомнению. Охота – это «хищная молодость человечества» и в таком состоянии она всегда останется с нами. Но культура охоты для каждого – это свое. Для кого-то признак охотничьей культуры – это тирольская шапочка с пером и традиция положить зеленую веточку в пасть убитого зверя; а для кого-то – это стремление любой ценой не допустить порчи мяса или трофея. Кто-то считает одной из основополагающих охотничьих традиций плеснуть первую чарку с водкой в костёр «старикам» - и неважно, что он после этого через полчаса не будет в состоянии ворочать языком от выпитого. Где-то признаком культуры охоты считают использование по перу только двустволок-горизонталок (и, желательно, от определенных мастеров-штучников, причем стоять на номере тоже надо в костюмах от этих же мастеров); а где-то – умение подойти к находящемуся на лежке изюбрю, закрывшись густыми кустарниками ивняка, а потом подползти к нему на 10 метров, срезая талины по одной острым ножом и бесшумно укладывая их рядом с собой.
Да, Запад есть Запад, Восток есть Восток, и как утвердает поэт, …с мест они не сойдут.
А дальше делает очень важную оговорку
….
Но нет Востока, и Запада нет, что племя, родина, род,
Если сильный с сильным лицом к лицу у края земли встает?
Охотничья культура – она в нас, братья охотники.
И у каждого она своя.
А о том, что говорят об этом другие люди – почитаем в журнале.

А, кстати, в журнале:
Большая теоретическая статья о культуре охоты от ka_fe_en
(который по объединённому решению редакции признан "Лучшим автором года");
- История о том как формировалась артель на промысел соболя в 18 веке, ее обычаи и традиции;
- как человек с нуля создал "Школу охотничьего мастерства";
- Слово в защиту ЮАР (точнее, охоты в ЮАР) от Андрея Овчинникова;
- рассказ о рекордном якутском баране от Александра Егорова;
- рассказ о "партизанском матче" от provi_zorro
- Рассказ о моей поездке к двум интереснейшим мастерам-штучникам Австрии и Германии - Тео Юнгу и Вернеру Бартолоту;
- рассказ nikotin о "другой охоте" - поисках древних кладов;
- замечательный фотоочерк о китобоях Берингова пролива от Андрея Шапрана.

Считаю образцом классического манипулирования.

«Когда нацисты пришли за коммунистами, я молчал, я же не коммунист.
Потом они пришли за социал-демократами, я молчал, я же не социал-демократ.
Потом они пришли за профсоюзными деятелями, я молчал, я же не член профсоюза.
Потом они пришли за евреями, я молчал, я же не еврей.
А потом они пришли за мной, и уже не было никого, кто бы мог протестовать».

Тем более, написано попом, в общем-то, профессионалом по этой части.

Юкагирская песня о походе Павлуцкого.

Записана Матюшкиным (тем, который однокашник Пушкина).
Приведено Могултаем aka wyradhe

"Смотри, как черный медведь там по бору идет; смотри, как все лесины пред ним гнутся, валятся; земля дрожит; волки и росомахи падают мертвы от дыхания его: это Павлутский! это Русак! - Смотри, как за ним его славная дружина, его ясные соколы летают и увиваются!
Но там что под камнем чернеет, там в ущелине той крутой скалы? - То берлога медведя Чукотского, славного Шамана и Витязя, сильного Кочина юрта! Все Чукотское разбитое воинство в нем только видит спасение.
Ой! ты славный Русский герой! не в юрте ты меня здесь убьешь; не баба я: выйду тотчас в бой! дай надену я свой куяк (панцырь), вооружусь тяжелым копьем, повяжусь большим ножем. Успех решит: кто сильней, мои ли духи, твой ли бог?
И нечистый спускается на свое достояние, на Кочина. Кровь и огнь брызжут из глаз его, и рука его уже поднимается, адом подкрепленная!
Павлутский видит дерзость адову против всесильного бога, противу воинства христианского. Вдруг наморщилося чело его, глаза засверкали так, что солнце потеряло свет; он бросается на Кочина, вырывает копье сильного, хочет поразить его тяжелым палашом; Кочин уклоняется, исторгает листвень с корнем, взмахивает, да поразит ею Русского, - но тут пуля роковая просвистала славному прямо в грудь. "Кто из вас осмелился отнять славу мою и честь мою? Пусть орлы вас Чукотских всех убьют!"
Зашумело стадо орлино; свистом бросилося на Русских. Долго дралися ясны соколы с орлами мощными; много пало ясных соколов - и Русскому стало жаль своих! он взревел зычным голосом, и все стадо разлетелося в разны стороны". "