October 30th, 2015

Александр Городницкий. В самолёте.

Не скажешь — нет, и не скажешь — да,
Узкую дашь ладонь.
Самолёты летят к ночным городам,
Как бабочки на огонь.

И небо, лиловое, как вино,
Тучей заволокло,
И снова в окошке моём темно,
А в сердце моём светло.

И я засыпаю, турбиной влеком,
Упершись в пустоту ногой.
А думать мне всё равно о ком —
Только бы о другой.

И ты, не наученная рыдать,
Печали моей не тронь!
...Самолёты летят к ночным городам,
Как бабочки на огонь.

Ещё о недоговороспособности.

Сегодня разговаривал с приятелем - довольно значительным чиновником федеральной структуры.

Заговорили о заседании некоего консультативного органа, в котором оба принимаем участие.

- Самое херовое - говорит он, - совершеннейшая неготовность людей к консенсусу. Каждый точно знает что надо, каждый уверен что он прав, и никто не собирается поступаться своей точкой зрения. И все точки зрения - разные.. Никакие аргументы не действуют, любое сходбище превращается в нескончаемую череду монологов. Стоит ли удивляться, что вся эта толпа, в итоге, выдохшись, принимает волюнтаристское решение исполнительной власти. А та, в свою очередь, приходит к нему, охуевшая от этого обезьянника, и процесс принятия не сильно отличается от бросания монетки...

И он прав, сцуко.