November 20th, 2015

Юрий Визбор. Ночь. За дальним перевалом...

Ночь. За дальним перевалом
Встал кровавым глазом Марс,
И с тревогой смотрят скалы
В тишину ледовых масс.

Ночь. Запрятав в камни воды,
Притаившись, тек поток.
И боялся до восхода
Приоткрыть глаза восток.

Гулко грохнули громады,
Закачался перевал,
Застучали камнепады
По обломкам мокрых скал.

Из-за гребня, дико воя,
Понеслись снега в налет.
И казалось, все живое
Этой глыбою снесет.

В эту ночь под перевалом
На морене Джаловчат
Восемь парней ночевало
И одиннадцать девчат.

Утром серые туманы
Вновь полезли узнавать,
Где мы там, в палатках рваных,
Живы, что ли, мы опять?

Мелкий дождик пискнул тонко,
И туман разинул рот:
Деловитая девчонка
Открывала банку шпрот.

"Русский охотничий журнал". №11, 2015 г. Летят утки...

cover_(11-2015).jpg

Я хорошо помню свою первую добычу. Она была прекрасна. Длинная, покрытая мелкими крапинами, вся в светящихся жемчугах капель, с черным лаковым клювом и мелким, поразительным рисунком на оперении. Вставшая на крыло молодая шилохвость.

Я достал ее на взлете, подкравшись между кочек к месту жировки ее семьи. Под ногами текла жидкая грязь, осока от кочек резала лицо и руки, колени промокли от ползанья по тундре. Но я не замечал этого ничего...

Утки кормились под берегом, шумно возились, крякали, плескались и гоняли друг друга. Несколько раз я порывался встать и полюбопытствовать что происходит, но упорный внутренний голос «ближе! ближе!» пригибал меня к тундре, которая закрывала происходящее реденькой щёточкой прируслового кустарника.

Наконец, когда возня, кряканье и плеск раздавались уже, практически, над самым ухом, я решился.
Выпрямился из всех своих тщедушных сил, и метким выстрелом в угон поразил одну из шилохвостей на взлете.

Второго выстрела у меня не было и не могло быть. Ибо оружием моим была переделанная из трехлинейной винтовки одностволка 32 калибра — так называемая «фроловка».

И было мне тогда 12 лет.

Потом было многое. Даже не многое, а очень многое.

Северные олени и изюбри, соболя и ондатры, гуси и глухари, медведи и гигантские лоси, снежные бараны и козероги, антилопы и буйвол...

Но самая первая и самая дорогая мне добыча была именно эта шилохвость, добытая с поистине чинганчгуковским терпением в далеком 1974 году.

Десятки тысяч охотников, впервые взявших в руки оружие и первый раз в жизни вышедших осенью на охоту со сходными чувствами рассматривают свою первую добычу.

Утку.

Именно осенняя утка является самой массовой добычей миллионов охотников — как в России и прилегающих государствах, так, наверное, и по всему миру.

Итак — летят утки...

Сегодня обсуждали выпуск "Берегового клифа", "Охотника Фомы"...

... и "Хроник разрушенного берега" под одной обложкой.

С иллюстрациями nikkolainen, разумеется...
клиф_демо.jpg

Фридрих Кибер.jpg

14-Могилка комиссара.jpg

10-Пулемёт.jpg

5-Костёр на берегу.jpg

9-Медведь.jpg

19-Обрыв.jpg