June 19th, 2017

Александр Городницкий. Меч и посох.

Мне жгли лицо Полярный Север
И Антарктида.
Я видел посох Моисея
И меч Давида.
В Стамбуле во дворце султана
С огромным садом
Они под куполом стеклянным
Хранятся рядом.

Я целый час смотрел украдкой
Не сняв котомки.
На меч с тяжёлой рукояткой
И посох тонкий.
Слова забывшейся молитвы прося у Бога.
Один - сражения и битвы.
Другой - дорога.

О, юных лет былые даты,
Пора вопросов!
Я мог бы выбрать меч когда-то,
Но выбрал посох.
Я шёл туда где небо стынет
Вослед Пророку.
И солнце жёлтое пустыни
Висело сбоку.

Я плёлся выжженной травою
Над Преисподней,
Но над чужою головою
Меча не поднял.
Я брёл проулками предместий
Вдали от тронов,
Но ни для славы, ни для мести
Меча не тронул.

И не горюю я нимало,
В безвестность канув,
что не сгубил ни птахи малой,
Ни великанов.
Для жизни каждый выбирает
Доступный способ.
Не сожалею я однажды
Что выбрал посох.

Барабашский хэппенинг.

Тут у меня по ряду обстоятельств оказалась кружка Васи Ложкина "Тьма сгущается".



Долго думал я что с ней делать.
 И тут приехал в Москву zeka_vasch и я придумал устроить с ней хэппенинг в Приморском крае.
А точнее - в Хасанском его раёне, коему я отдал два с половиной года жизни.
Я попросил Жеку найти какого-нибудь человека который бы отвёз её в места моей боевой молодости и отдал бы эту кружку первому встреченному жителю Хасанского раёна, с добрыми пожеланиями от меня.
Длилось дело довольно долго, но наконец-то награда нашла героя!
Знакомьтесь - жертва рэндомной выборки, лесник Костя из посёлка Барабаш!

P_20170616_200741.jpg

P_20170616_200651.jpg

Позвонил ему, передал привет из Москвы в Землю Леопарда)))

Двойная военная бухгалтерия в "России, которую потеряли".

От borianm

Конечно было бы невыгодно, если бы полк, показывающий в своих списках, идущих в интендантство, 3000 человек и имеющий только 800 бойцов, получал бы от начальства тактическую нагрузку, вдвое или втрое превышающую его наличный состав; но об этом заботиться не приходится. Одни списки идут в интендантство — их выгодно преувеличивать, другие списки — о числе штыков — идут по штабной линии, и их выгодно преуменьшать. Параграф устава, возлагавший на всех начальников обязанность — выводить в бой возможно большее количество людей, остался во время войны мертвой буквой. Полки, вступая в бой, весьма часто оставляли умышленно в тылу массу людей — не только на весьма широко толкуемые хозяйственные надобности, но и просто на племя — учебные команды, особенно ценных фельдфебелей и специалистов. Таким путем в течение всей войны шло быстрое нарастание числа нестроевых по отношению к строевым, и процесс этот совершенно не регламентировался сверху. А что касается мертвых душ, то известна разница в 3 млн человек по исчислению действующих армий Ставкой и интендантством в 1917 г. Интендантство кормило и расплачивалось за в полтора раза большую армию, чем та, которая существовала в действительности по данным штабов.

"А особо продвинутые мечтатели...

...начинают думать даже о терабайтных накопителях. Правда, непонятно, что они будут с ними делать".

Вспомнил я цитату из "Компьютерры" середины 90-х годов, цепляя двухтерабайтный накопитель к своему ноутбуку.

Интересная статья по тренировкам стрельбы в НКВД.

За на водку спасибо mpopenker

А был ли маятник?
...
К началу пятидесятых годов в отдельных подразделениях НКВД (МВД) сформировалась эффективная и самобытная система огневой подготовки. Личный состав учился стрелять быстро и точно, по движущимся и исчезающим мишеням, быстро перезаряжать оружие, использовать укрытия, двигаться, стрелять в темноте и на звук. Вся материальная база создавалась своими руками, как и в практической стрельбе, «из спичек и желудей», без дорогостоящих мишенных комплексов.
Почему же сейчас, шестьдесят семь лет спустя, большая часть тренировок по огневой подготовке в силовых ведомствах представляют собой невыносимое, душераздирающее зрелище, которое не имеет никакого отношения к боевой подготовке?
Все, кто по профессионально связан с этой темой, в глубине души знают ответ. Бюрократия, отсутствие эффективных структур, занятых анализом и обобщением боевого опыта. Уходят люди, а вместе с ними моментально и навсегда исчезают наработанные методики, знания и опыт.


Я на Колыме много общался с очень пожилыми людьми, служившими в НКВД, в том числе и с воевавшими. Никто мне ничего такого не рассказывал, но это ни о чём и не говорит.