June 9th, 2018

Александр Городницкий. Атлантида.

Была ли Атлантида или нет?
Профессор греческий внимает мне серьёзно.
Ночное небо летнее беззвёздно.
Струится в комнату холодноватый свет
С залива Финского. Отвечу, что была,
И положу на стол морскую карту,
И подчиняясь детскому азарту,
Подводный опишу архипелаг,
Который наблюдал через стекло
Иллюминатора в подводном аппарате,
Где, помнится, дышалось тяжело,
И фотопленку попусту потратя,
Я рисовал старательно затем
Всё то, что в полутьме доступно глазу, —
Руины башни, лестницы и стен, —
И сам поверю своему рассказу.
Ведь этот старый выдумщик Платон,
Сократом уличенный в фантазёрстве,
Не мог с Солоном разделить позор свой,
Воспоминаний завершая том.
За окнами становится темней.
Нас осеняет общая идея
Легенды допотопной. Перед ней
Ни эллина уж нет, ни иудея.
И проявив научное чутьё,
Из фляги греческой некрепкое питьё,
Мерцающее в сумерках, как пламя,
Мы разольём, поднявшись над столами,
И выпьем, чокнувшись, за гордый флаг её,
За детство, что у каждого своё,
За прошлое, утраченное нами.

База подводных лодок "Магаданский Комсомолец".



Лежит на борту в бухте Нагаева вот уже больше 20 лет...

Так-то её б, конечно, сдать на металлолом, но, подозреваю, что числится она до сих пор по ведомству Министерства Обороны.

Патрик О'Брайан. Каперский патент.



Очередной, и, как мне кажется, очень удачный роман о похождениях "Счастливчика" Джека Обри и доктора Мэтьюрина. Так же как в случае с Корнуэллом, понимаешь, что дело имеешь ну с очень крепким середняком - такие на русском сейчас не пишут, увы.

Вкратце суть, чтобы минимально спойлерить - капитан Обри, ставший жертвой интриг французских агентов и приговорённый к позорному столбу испытывает, как бы сейчас сказали добрые люди, сильнейшую психологическую травму.

Но внезапно разбогатевший доктор Мэтьюрин приобретает для него списанный фрегат "Сюрприз" и они пускаются в самостоятельное плавание с каперским патентом на борту. При этом Обри мечтает о возвращении на королевскую службу, а Мэтьюрин - о возвращении Дианы Вильерс.

В книге творится чорт-ти что - шлюпочные абордажи, учебные и боевые стрельбы, наркомания и содомия... Тьфу, с содомией я поторопился, зато узнал о религиозной секте сифиотов. (См. статью о Сифе, написанным моим коллегой и другом Сашей Рожинцевым. Кстати, о том где наш приятель по газете "Восток России" и чем он занимается я узнал только начав поиск информации о Сифе на русском языке).

Да, и у меня просьба - если кто читает, поддерживать группу "Любительский перевод" материально - ссылки на яндекс-кошелёк найдёте на сайте и в романе.