?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry


Как я уже писал раньше, уже более 20-ти лет как (а точнее - с 1987 года) у меня над письменным столом, где бы я не работал висит этот текст, снизу выглядывающий из под ката.


Настоящая работа составлена в течение 6 месяцев с момента моего возвращения в Ленинград. Выполнение её в такой срок было бы невозможно, если бы не работа целого коллектива сотрудников Всесоюзного Арктического Института. Так сотрудник геологического отдела Шпицер провела все измерения полевых шпатов, вела вспомогательные работы по пересчёту анализов и проч., сотрудник картографического отдела Агапитов составил по полевым материалам топографическую карту в масштабе 1: 500 000, а сотрудники химической лаборатории В.А.И. О.Кобылина, В.Е.Егорова и М.Ермолаева сделали 22 анализа изверженных пород. В результате у меня на руках своевременно оказались микроскопические и химические константы, исходя из которых я и мог составить этот достаточно полный очерк. Мало того, в Институте меня не стесняли ни временем, ни микроскопом, мои рукописи не лежали бесконечно на переписке у машинисток и пр.
Всё это позволило без особых усилий планомерно работать, весьма эффективно анализировать все факты и изложить их виде этого отчёта. В него я вложил все мои знания по этой части Чукотки. Большое, большое спасибо всем товарищам, помогавшим мне в этом деле.
В.Дитмар.

Введение.

Геологические обследования в северной части Чукотского национального округа преследовали цель связать воедино работы 1933-1934 гг. В.И.Серпухова и Д.И.Байкова в районе Амгуэмы с работами С.В.Обручева в районе Чаунской губы.
Для этого была организована небольшая партия в составе меня, как геолога и начальника партии, А.Ф.Беспалова в качестве геодезиста-астронома и Г.К.Семёнова в качестве моториста к руль-мотору Пионер П-5 и завхоза.

В основу транспортных средств были положены местные олени в глубине тундры и собаки на побережье, в качестве рабочих предполагалось использовать местное чукотское население.

Наша небольшая партия, под названием «Северная чукотская экспедиция», высадилась 8 августа 1934 года на песчаной косе в 15 километрах к западу от мыса Биллингса, в местности, именуемой Валькарайн.

Здесь в 1929 году затонула у берегов американская шхуна «Элизиф» и из палубных построек этой шхуны и парусины было выстроено небольшое неуклюжее строение, представляющее к моменту нашего прибытия Валькарайское отделение кооператива и жилое строение, где жило двое русских – старик 67 лет Поваров С.Е. и зав. Кооперативом Бурматов П.В., бодрый человек лет 35.
Пока мои сотрудники работали и приводили в порядок своё специальное оборудование, я с помощью жителя самого …

Здесь пропуск – скорее всего, речь идёт о том, что В.Дитмар самостоятельно ходил по морю, что становится ясным из дальнейшего рассказа).

Однако, 13 августа поднялся сильный юго-восточный ветер, который затянулся, угнал все льды, развёл большое волнение на море, а у берегов образовал ледяной барьер из массы бьющихся друг о друга льдин.

Пришлось выжидать пока всё успокоится. Это случилось лишь к 1 сентября, но в это время геодезист А.Ф.Беспалов, видимо, испугавшись моря, катенгорически отказался ехать со мной. Семёнова я в это время предполагал отправить для ряда организационных дел на мыс Шмидта, и пришлось мне ехать самому в качестве моториста, а своим спутником иметь того же чукчу – Игаэргина. Благополучно добравшись до мыса Кибера и произведя там исследования, особенно обратив внимание на остров Шалаурова, мы возвращались 18 сентября домой, как в местности Лялера, в 75 км не доезжая мыса Биллингса, попали в море на банку, нас залила волна, чукча утонул, а я уцепившись за бочку с бензином, был выброшен на косу в виде островка между морем и огромной лагуной. Подгоняемый начинающимся приливом, я перебрался по лагуне на материк, и оттуда уже ушёл к востоку, где нашёл стойбище чукчей в местности, именуемой Канайя.

Проболев там около трёх недель, я к 10 октября добрался до Биллингса, где выяснилось с полной очевидностью, что местное население считает меня несчастливым человеком, и не желает иметь со мной никаких дел, а свои сотрудники держатся отчуждённо, на любую мою программу по дальнейшим работам отвечают в духе её невыполнимости, и явно не желали со мной участвовать в походах.

Имея задачу исследовать огромную территорию в 50 000 кв. км и очутившись без транспорта, без рабочих, без своих помощников, не зная языка, я почувствовал, что работы находятся под угрозой и решил уехать в районный центр, где думал достать распоряжение о продаже нам оленей и достать кого-либо, более сговорчивого, в качестве своих спутников.

Прокочевав с чукчами на оленях полтора месяца, через хребты и реки – Кейю-веем, Ичунь, Илелюн, я в середине декабря 1934 года добрался до Певека, где в то время находилась Западно-Чукотская экспедиция С.В.Обручева. Здесь РИК, после ряда обсуждений, решил дать нам оленей, но разрешил закупать их в верховьях Амгуэмы, а для таких технических операций ко мне прикомандировали инструктора РИК чукчу Рынтыргина. В обмен мы договорились, что я буду вести техническую сторону работы по переписи населения. Хорошо зная из своего путешествия до Певека, что деньги в восточной части Чаунского района хождения не имеют по причине полного незнакомства с ними населения, я, добравшись к 1 февраля 1935 г. до р.Каленмуваам, стал настаивать перед Рынтыргином о покупке мне оленей здесь, в Причаунском районе, где население более грамотно. Однако чукчи здесь категорически запротестовали, указывая, что не на них, во-первых, распространяется это постановление РИК, а во-вторых – олени очень дикие и в малых количествах не пригодны для переходов, так как при первой же пурге убегут, и кроме того из-за крепкого снега не везде можно им достать корм, и потому они должны очень скоро все подохнуть. За отказ от оленей они предложили мне взять у них нарту собак. С другой стороны, Рынтыргин при условии работу на собаках был мне не нужен, а без него я терял возможнось где-либо купить оленей. Признавая справедливость выставленных ими доводов, я согласился променять своё право на оленей на нарту собак, выговорив себе каюра кого-либо из их артели. 2 недели продолжались поиски каюра, так как никто не соглашался ехать со мной в неизвестный для них путь вверх по реке Каленмуваам.

Однако через две недели один, по имени Ровгитагин, попрощавшись со всей семьёй, согласился со мной уехать, и 15 февраля наша нарта, нагруженная до отказа и собачьим, и человеческим кормами, отошла от г. Палян, где была наша стоянка. Само собой разумеется пришлось обоим идти пешком. В простоте души я полагал, что по мере убывания кормов можно будет местами ехать, однако глубже в горы глубокий рыхлый снег заставил и дальше идти пешком. В результате я от Певека дошёл до Каленьмуваам и от последней до мыса Шмидта, по весьма кривой линии, через массу гор, рек, препятствий. Много раз приходилось ночевать в тундре на снегу, без воды, так как нигде не было ни прутика хвороста, много раз приходилось делать огромные, в 75 – 90 км пешие переходы, по глубокому рыхлому снегу, так как у собак нет корма, а надо дойти до стойбища, которое, как оказалось, откочевало дальше.

Путь на собаках по глубине тундры превратил нас в людей, имеющих волчий билет. Нам разрешалось только переночевать. На утро нас выпроваживали, так как наша свора в 11 голов и двое нас требовали не менее двух телят оленей в сутки, что было явно не под силу чукче оленеводу.

Проведя ночь в набитом до отказу пологе, где обычно вопят грудные дети, нас будили в 3-5 часов утра (в феврале-марте месяце), поили чаем и несмотря ни на какую погоду выпроваживали. 23 марта я, совершенно обессиленный, добрался до м.Шмидта, закончив этот маршрут. Отдохнув здесь до 9 апреля, я ушёл в стойбище Пильхен, где на этих же собаках, так как у нас в Чауне была такая договорённость, предполагали провести маршрут в верховья р.Кувет. Отсюда я предполагал уйти вниз по Кувет, перевалить на р.Кейювеем, и выйти на море в районе губы Нольде. Но это я так предполагал, а мой Ровгитагин думал иначе. Не желая со мной ехать дальше, он плохо следил на Шмидте за собаками, плохо их кормил, они стали хворать и при выходе из Пильхена в тундре двое из них издохли. После гибели этих собак Ровгитагин категорически потребовал расчёт, и я вынужден был уступить. Рассчитав прямо в тундре его, я уже один вернулся в Пильхен, купил тут нарточку, вернулся к своим вещам, и, взвалив вещи на нарточку, запрягся в неё сам и побрёл вверх по р.Куэквунь переваливать на Кувет. Однако тут ждало новое препятствие. Снег, который по долинам рек юго-западного направления был довольно плотный, в долине р.Куэквунь, идущей на северо-восток, был как пух.
В довершение, слой этого снега был полтора метра мощности. Работая до 10 часов в сутки, я делал в день 3-4 километра, пока не стал накануне сам протаптывать дорогу. Проходя три раза по одному месту, я достиг линейной скорости 7 километров в сутки. Это было уже большое достижение. Пока в долине Куэквунь был хворост, особых опасений я не испытывал, но по мере подъёма к водоразделу я вскоре очутился по горло в снегах, и без прутика хвороста для костра. К счастью я взял с собой небольшой запас свечей. Сделав из консервной банки кружку, я стал в ней таять снег, добывая себе воду. Запас свечей был небольшой, пришлось сильно экономить. В сутки я мог позволить себе натаять лишь две банки воды, и я должен был усиленно соревноваться в том, чего будет больше – свечей ли у меня, или расстояния до дров. В том случае, если выйдут все свечи, я предполагал, оставив всё снаряжение, уйти одному вперёд в поисках хвороста.

11 суток шла у нас эта борьба, пока я не вышел на реку Кувет, где был крепкий снег, не ушёл по ней вниз, где у устья реки Майнавляармагтын не нашёл хворост. В запасе УК меня свечей было ещё на 3 дня.

Дальнейший путь был проще. Весеннее солнце ярко светило, днём наступала оттепель, и я спал, ночью мороз достигал 10 – 18 градусов, я делал переход 12 – 15 километров. Однако 20 мая я заметил появление воды на Кувет, и, учитывая, что скоро должна наступить распутица, не пошёл вниз по Кувет, а ушёл на мыс Биллингса, проведя совершенно один зимой последний маршрут в течение двух месяцев.

3 июня нам сообщили о вынужденной посадке самолёта П-5 Н-47 в той же Лялере против устья реки Кувет (Пегтымель), по которой уже хлынула вода. Отправившись немедленно туда в составе моего завхоза Семёнова и моториста с м.Шмидта, т.Марчука, мы использовали брошенную мною осенью на Лялере байдару, на которой и пустились плавать в поисках людей с самолёта по необъятному разливу дельты реки Кувет. Особенно тяжело было зашивать нам нашу лодку в воде при её пропарывании льдом, и спасаться в этом разливе от ураганных ветров, дующих в это время года с особой силой. Побывали мы в это время и на самолёте, обследовали подробно полуостров Аачин, и со второй половины люди пустились изучать центральную часть Лялеры. Наши усилия увенчались успехом. 25 июня мы нашли лётчиков с этого самолёта, т.т. Катюхова и Соколова, среди болотистой унылой тундры в рукавах устья Кувет, измученных, голодных, потерявших всякую надежду отсюда выбраться и проектировавших уйти… на мыс Шелагский, т.к. путь на Биллингс был для них непроходим из-за быстрых и глубоких проток реки Кувет.

Выбравшись вместе с ними на нашей лодке, мы проводили их с Марчуком на мыс Биллингса, а сами вдвоём отправились на этой же лодке вверх по Кувет.

Дойдя на лодке до устья Пегтымеля, мы так издырявили на камнях нашу лодку, и так измучились её таскать по сплошным перекатам этой быстрой реки, что решили лодку тут бросить, а самим идти пешком с тюками за спиной.

Разных грузов и камней у нас набралось по два пуда на человека, и вначале я просто изнемогал брести на болотистой, поросшей цепким кустарником, долине реки. Однако, дальше, втянувшись, дела пошли легче, и мы, связав мой зимний маршрут с этим, повернули на мыс Якан, пересекая приморскую цепь Чукотского хребта.


8 августа мы вышли на мыс Якан и 7 пришли в Валькарайн, закончив все работы и покрыв 52 000 кв. км.
В программе было ещё распоряжение ВАИ перебросить все экспедиционные остатки на мыс Сердце Камень. Это была трудная задача. Дело в том, что наш приезд был и первый случай добровольной остановки у м.Биллингса нашего советского парохода. Когда мы 7 августа 1935 года пришли на мыс Биллингса, то узнали, что два парохода останавливались у Биллингса, выгрузив тут небольшую полярную станцию, но придут ли ещё, было неизвестно.

13 августа часть рабочих, строивших станцию, на двух самолётах была переброшена на м.Шмидта, а 17 августа со Шмидта пришли вновь эти два самолёта, и лётчики сообщили, что вероятность захода сомнительна, так как у Биллингса много льдов, и предложили мне улететь на мыс Шмидта.

Так как на Биллингсе не было радиостанции, то связаться с внешним миром и с пароходами, идущими в это время на Колыму, было невозможно, и поэтому я внял этому совету, и с последней партией рабочих 17 августа улетел на мыс Шмидта.
Однако, тут я узнал, что пароход «Смоленск», имеет задачу зайти на мыс Биллингса и снять нашу экспедицию. Погоревав о том, что меня не будет при погрузке, я стал на Шмидте дожидаться своих товарищей, и 29 августа встретился с ними на борту»Смоленска» с благополучно погруженным имуществом.

Вся эта работа есть любопытный случай сочетания различных неудач.

Небольшая полевая партия, без привозных рабочих и транспорта, была высажена на пустынный берег, вдали от всяких местных советских центров, и без радио.

Свои сотрудники оказались не на высоте. Вместо активной борьбы с препятствиями, они стали прятаться от них и отказываться от работы.
Местное население проявляло весьма большую неохоту работать в экспедиции,вследствии религиозных представлений по их понятиям, я, вылезший из моря, был мёртвым – и почти полное незнакомство с денежным обращением.

Ставка на оленей оказалась битой. Олень на Чукотке не пригоден для походных операций, маршрутных экспедиционных работ.

Собаки в зиму 1933 – 1934 года в этом районе почти все подохли от чумы, и население имело в нашу зимовку лишь щенят, изредка по 1-2 собаки на ярангу.

Чукотское море осенью 1934 года было свободно от льдов, и сильные волны не только препятствовали путешествию в лодке по нём, но и делали эти путешествия чреватыми различными опасностями.

За скан огромное спасибо Тане Лаломовой и Юре Капасёву.

Comments

( 29 comments — Leave a comment )
old_pferd
Jul. 19th, 2010 04:32 am (UTC)
Хорошо излагал... В те времена разрешалось. Моя попытка написать введение и физико-географический очерк к отчету в литературном стиле, закончилась тем, что главный геолог с ухмылкой их вернул и предложил изложить попроще.
kiowa_mike
Jul. 19th, 2010 04:50 am (UTC)
Да, художественности не отнимешь...
matabuba
Jul. 19th, 2010 04:33 am (UTC)
Эпическое. Чукча только утонул.
kiowa_mike
Jul. 19th, 2010 04:51 am (UTC)
Нууу,.. это чудо что только чукча.
wingover
Jul. 19th, 2010 06:40 am (UTC)
А насколько ценную информацию он в результате добыл?
slava_zz
Jul. 19th, 2010 07:05 am (UTC)
а до него не было вообще никакой
Белое пятно
wingover
Jul. 19th, 2010 07:08 am (UTC)
Здорово. Самая большая неудача была бы, наверное, если бы это все оказалось бесполезно.
kiowa_mike
Jul. 19th, 2010 10:13 pm (UTC)
Ну, я не спец. Но геологи мне утверждали, что вполне на уровне 80-х годов 20 века отчёт.
old_pferd
Jul. 20th, 2010 06:43 am (UTC)
Мягко говоря, они преувеличили. Съемочный отчет на уровне 80-х прошлого века - 2-3 тома и до сотни листов графики, не говоря уже о тысячах проб. Уже другая школа, теории и т.д.
Но он сделал максимум для одного человека.
nayra_gurza
Jul. 19th, 2010 06:45 am (UTC)
А ведь и верно, кто только не отмечал уже, что все старые монографии и отчеты исследователей отличаются завидной художественностью изложения. Тут те не просто возраст/состав/мощность))
kiowa_mike
Jul. 19th, 2010 10:12 pm (UTC)
))))
san_san55
Jul. 19th, 2010 08:02 am (UTC)
Сильный человек! И рассказ! Спасибо!
kiowa_mike
Jul. 19th, 2010 10:11 pm (UTC)
Ни за что!
leon_spb67
Jul. 19th, 2010 09:07 am (UTC)
Это на Ганзу надо в "выживание".
Потрясающая сила воли у человека.
slava_zz
Jul. 19th, 2010 12:05 pm (UTC)
Капасев запостил
kiowa_mike
Jul. 19th, 2010 10:02 pm (UTC)
Не люблю тамошнюю публику.
slava_zz
Jul. 20th, 2010 06:33 am (UTC)
не , в путешествия-и я не тебе отвечал :)
dolmatinka
Jul. 19th, 2010 09:30 am (UTC)
Как раз читаю Обручева, невесть как оказавшееся у нас магаданское издание.
Мерзну от подробностей и читаю под одеялом.
Храни меня бог от таких полевых работ.
kiowa_mike
Jul. 19th, 2010 10:03 pm (UTC)
Таких больше и не будет.
slava_zz
Jul. 19th, 2010 12:12 pm (UTC)
в те же года- у Обручева работа идет, приключения в пределах нормы
постоянные кадры- тот же Перетолчин
опыта больше? организатор лучше?
kiowa_mike
Jul. 19th, 2010 10:10 pm (UTC)
Ну, на самом деле у Дитмара, по большому счёту, всего одно приключение - это когда они на байдаре перевернулись. Потом-то, после путешествия в Певек всё в относительную норму пришло. Индеец ему мозги отъёбывал, который с собаками - так они и Обручеву их точно так же отъёбывали (и всем, добавлю, кто с проклятыми индейцами с собаками общался, добавлю - это они только у Джека Лондона летели как синий птис над серебряной тундрой - из чего очевидно, даже не зная биографию Лонодона, что на собаках он ни метра не ездил).
slava_zz
Jul. 20th, 2010 06:32 am (UTC)
ну в одиночку без дров топтать себе дорогу и топиться свечами
а с индейцами как всегда, у Обручева хорошо описано как его якуты разводили с лошадьми, потом чукчи с оленями

а вот у Врангеля с каюрами проблем вроде не было- может платил нормально? и если денег не брали, имел товар?
а не совал в нос постановление РИК

вот представь- приезжаешь ты ко мне и мобилизуешь меня ехать куда то на Пенжину-а сам не знаешь, есть там топливо или нет..
а оно мне надо?
slava_zz
Jul. 20th, 2010 06:36 am (UTC)
Обручев привез с собой своих постоянных кадров, а Дитмар- кого дали
ну и планы кочевать на оленях оказались необоснованы
Но Биллингс и Шмалев- Саорычев как-то кочевали?
смогли убедить?
old_pferd
Jul. 20th, 2010 06:45 am (UTC)
Да и снаряжение явно другое. Обручев 10 тонн выгрузил в Певеке.
kiowa_mike
Jul. 20th, 2010 10:45 am (UTC)
Ну, блин... У Обручева были и мотосани, и горючее к ним. По-моему, мотосаней двое.
kiowa_mike
Jul. 20th, 2010 10:41 am (UTC)
Да Биллингс тоже как-то через жопу кочевал. Я не имею первоисточника, но пару раз его чуть не зарезали, помнится.
kiowa_mike
Jul. 20th, 2010 10:43 am (UTC)
Дитмару и лет было тогда... Чуть ли не первое поле было у человека.
kiowa_mike
Jul. 20th, 2010 10:39 am (UTC)
По Врангелю.
Он, вообще-то, местами, расплачивался ружьями. Что, в общем-то было запрещено.
(Deleted comment)
kiowa_mike
Jul. 20th, 2010 09:57 am (UTC)
Да, без сомнений...
( 29 comments — Leave a comment )

Latest Month

December 2018
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Tags

Powered by LiveJournal.com